. Леонид Авраменко летчик в белом халате | Водный Мир

Леонид Авраменко летчик в белом халате

Леонид Авраменко, которого судьба надела в белый халат гуманной профессии на земле, в начале своей карьеры и не думал, что ему, врачу авиационного полка авиации дальнего действия (АДД), когда-то придется подниматься в воздух и ходить далекими маршрутами с теми, кого он «выслушивал и выстукивал». Но так, наверное, устроена жизнь, которое мчится крутыми виражами, полная тяжелых подъемов и крутых спусков.

В  школе Леонид задних не пас, в обозе НЕ плелся. Вместе с аттестатом получил «серебро». И вопрос, куда пойти учиться, не возникало. Ведь с раннего детства он мечтал быть только врачом. Почему? Четко объяснить не мог — наверное, это было состояние его души.

Таким людям юристы не нужны, а вот нам, не героям, могут понадобиться. И задать онлайн вопрос юристу бесплатно перед официальным обращением можно в сети.

И вот, преодолев конкурс медалистов, он стал слушателем Донецкого государственного медицинского института. Учиться там было тяжеловато, но это Леонида не пугало, потому что он понимал, что путь к заветной цели будет тернистым. Более того, он также находил время для занятий радиоэлектроникой, ведь чувствовал, что в жизни может пригодиться.

После окончания института Леонид Авраменко без колебаний согласился служить в армии, и как результат — получил воинское звание лейтенанта медицинской службы.

От предложения поехать в одну из воинских частей, которая дислоцировалась на Дальнем Востоке, не отказался. Там его назначили врачом авиационной части. Многое пришлось начинать с нулевой отметки. Так, в медпункте был рентгеновский аппарат, но без хозяина. Жена одного офицера — врач медпункта, что разбиралась в этом агрегате, всячески пыталась помочь младшему коллеге овладеть аппарат — делать снимки и «расшифровывать» их. Организация такой работы значительно облегчила процедуру обследования больных, что, в свою очередь, позволяло повысить эффект лечения.

Карьера молодого врача постепенно поднималась вверх, и здесь от высшего руководства поступила «вводная»: срочно нужен врач-окулист для врачебно-летной комиссии. Авраменко был легок на подъем: распоряжение в карман — и в путь до Хабаровска, овладевать офтальмологию. Вернувшись в части, он начал работать окулистом, при этом не забывая рентгенологию.

Впоследствии новое назначение — в Иркутск, на должность врача-офтальмолога 62-й лаборатории авиационной медицины. Кроме экспертной работы, лаборатория занималась научно-исследовательской деятельностью. А суть ее заключалась в следующем: часть корпуса, в состав которого входила и лаборатория, перевооружалась с бомбовой на ракетно-бомбовую, опановувалися новые виды боевого применения. Одним из них стала тактика бомбометания по малогабаритных целях с подсветкой (САБ). Кстати, освещение целей в авиации применялось давно. Еще во времена Великой Отечественной войны наши пилоты, имея на вооружении Ер-2, ходили в глубокий тыл третьего рейха, с помощью «свечей» бомбили военные объекты в Кенигсберге, порты и заводы в Данциге, танковые колонны в Бресте … Непревзойденным мастером нанесения таких ударов был луганчанин Александр Молодчий, молодой летчик, стал дважды Героем Советского Союза.

По старой методике, самолет атаковал вражеский объект, находился выше бомбу, которая излучала свет, и сам хорошо «светился». Для опытных пепеошникив это лакомый кусок. Когда самолет нанес удар, располагался под сабом, его экипаж хорошо видел освещенную цель, но и сам был ослепленным. 62-й лаборатории была поставлена ответственная задача: выяснить влияние ослепления на работоспособность экипажей. А поскольку в лаборатории должность офтальмолога занимал Леонид Авраменко, ему, как говорится, и карты в руки.

Вот здесь и ему пригодится радиоэлектроника. С помощью инженеров он разработал аппаратуру для автоматического определения освещенности рабочих мест членов экипажа. Соответствующим приказом командира корпуса врача-исследователя было допущено для полетов на Ту-16, Ту-95, чтобы выяснить это на практике. До сих пор Леонид Спиридонович сохраняет свою летную книжку, где записана вся его «воздушный биография». А летать приходилось много и с разными командирами — Сидоренко, Бадаева, Чекина, Карасевым … Все они были пилотами-асами.

Серебристый ракетоносец издалека имел изящный вид: крылья едва скошенные назад, фюзеляж удлинен, хвост несколько приподнят. Казалось, что он сам просится в полет. Перед запуском двигателей экипаж занимал места на минуту сидел молча, настраиваясь на длительный полет. С этого момента все будничное, суетное осталось за бортом. И вот засвистели турбины, содрогнулась земля. Самолет стал набирать высоту, бетонные плиты, слившись в сплошную ленту, провалились под колеса. Под скосом плоскостей поплыл обычный калейдоскоп зданий, зеленый хвойный ковер тайги, сопки, причудливые изгибы рек … Через некоторое время остекление зашторило серой мглой.

Место для врача-исследователя тесноватое, и, как говорят, можно жить. Вокруг аппаратура: табло светятся разноцветными зрачками, слышен щелчок тумблеров. Весь экипаж в работе, все заняты делом.
За несколько часов вышли в район бомбометания. Отстрелялись! Точность стопроцентная! Кажется, все обыденно, конечно! Однако, нет! Работа эта адская и требует полной самоотдачи …

Вскоре летная книжка майора Авраменко была «закрыта»: лаборатория выполнила план научных работ, были разработаны рекомендации по профилактике ослепления летного состава. Результатами исследований Леонида Спиридоновича заинтересовалась и Москва, куда было отправлено соответствующую документацию.
Это стало своеобразным трамплином для перехода в госпиталь. С 1975 года Леонид Спиридонович — старший ординатор отдела летной экспертизы в 321-м окружном госпитале. Впоследствии он стал начальником приемного отделения. Из Забайкалья был командирован в Группу советских войск в Германии. Там организовал рентген-кабинет, продолжал изучать все тонкости, связанные с рентгенологии, а также медицинской наукой и практикой, которой увлекся еще с начала службы рядовым врачом.

Особый пункт в биографии полковника медицинской службы Леонида Авраменко — служба в Киеве, в 408-м окружном военном госпитале. И здесь он работал с полной отдачей. Если обратиться к прозе жизни — никогда не стоял и не стоит на месте, ведь знает: человек, где-то притормозила, остановилась, подверглась лени, теряет себя окончательно. Во время службы в госпитале занимал разные должности — начальника приемного отделения, внештатного рентгенолога, а после увольнения в запас остался работать в отделении ультразвуковой диагностики.

Специальные эксперты известной электротехнической и радиоэлектронной монополии ФРГ «Сименс», выпускающая аппаратуру УЗИ, проверили работу Леонида Спиридоновича и дали ему высокую оценку. Одновременно он стал проводить экспертизы по летным составом, который находился на обследовании в Ирпенском гарнизонном госпитале.

Сейчас Леонид Спиридонович лечит ветеранов войны и труда в госпитале «Печерский», дает консультации и работает в Киевском доме ветеранов.

Я общался с его пациентами — и они в один голос утверждали: Леонид Авраменко — специалист от Бога, добрый и отзывчивый человек.

В госпитале «Печерский» в дружном коллективе медработников заслуженный авторитет имеют и руководители — участники боевых действий полковники медицинской службы в отставке Николай Наер и Юрий Климишин.

Небо! По-разному на него смотрят, по-разному к нему приходят. Для настоящих пилотов — это жизнь, в которое можно вписаться только творческим трудом, где бывает место как для душевных, так и физических испытаний. Коснулся и наземный врач Авраменко.

У писателя Николая Грибачева есть интересное высказывание: «Единая высота, с которой человека видно в настоящий ее сути, — это дело». Есть такая высота и у нашего Леонида Спиридоновича — «Отличник здравоохранения».

Оставить комментарий

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.


Thanx: Radlix
Яндекс.Метрика